Взаимосвязь величины молочной продуктивности, содержания в молоке массовых долей жира и белка с показателями выбраковки коров
В настоящее время наблюдается тенденция к сокращению продуктивного долголетия молочных коров. Установлена прямая корреляция между уровнем молочной продуктивности и сроком хозяйственного использования. Средний возраст выбытия молочных коров из стада в Российской Федерации составляет примерно 2,5–3,0 лактации. Преждевременное завершение продуктивной жизни коров, обусловленное проблемами, возникающими с их здоровьем, представляется экономически невыгодным. Это побуждает решать вопросы о восстановлении благополучия животных, складывающегося из большого количества факторов, немаловажный из которых — качество основных кормов и сбалансированность рационов в целом.
В.В. Крупицын и В.И. Котарев (2020 г.) в своей работе указывают на то, что основными причинами выбраковки импортного скота являются транспортный травматизм, нарушения обмена веществ, заболевания органов дыхания, пищеварения, молочной железы и копытец, которые связаны с адаптацией организма и воздействием производственных факторов. Авторы отмечают, что при беспривязном содержании дойного стада из-за интенсивной нагрузки основными причинами выбраковки являются болезни вымени, органов воспроизводства и конечностей. В условиях, когда применяется круглогодовое привязное содержание коров, из-за гиподинамии происходят серьезные нарушения обмена веществ, их доля возрастает существенно. Заболевания органов воспроизводства и болезни дистального отдела конечностей при этом в количественном выражении также велики.
Исследования показали, что продуктивное долголетие и способность к размножению тесно связаны между собой. О широком распространении родовых и послеродовых болезней у коров и их влиянии на воспроизводительную способность сообщали Т.Е. Григорьева, Т.С. Сергеева (2016 г.).
О.А. Басонов и О.Е. Павлова (2017 г.) установили, что основной причиной выбытия коров является не продуктивность, а яловость (29,2%) и гинекологические заболевания (17,2%), а также болезни обмена веществ, в частности кетоз. Высоким остается процент маститов (13,1%) и других заболеваний вымени (9,6 %), а также заболевания конечностей (10,2%).
В связи с этим, учитывая этиологию вышеуказанных патологий, важное значение имеет коррекция метаболического статуса коров в различные физиологические периоды для поддержания здоровья самок и получения от них качественного молока, поддержания здоровья молочной железы в целом и профилактики мастита в частности с целью сохранения здоровья приплода и др.
По мнению В.Ф. Гридина и С.Л. Гридиной (2021 г.), в сельскохозяйственных организациях с высокой продуктивностью происходит минимальное выбытие животных из-за низкой продуктивности, так как создаются однородные высокопродуктивные стада. Хотя причины, по которым коров выбраковывают, не только в том, что они дают много или мало молока, есть и другие важные — болезни.
Считается, что при низкой выбраковке на первой лактации на последующих она будет высокой. И наоборот. Наибольший процент сохранности коров за три лактации составляет примерно 70,0. Э.В. Фирсова, А.П. Карташова (2019 г.) установили, что в Северо-Западном, Дальневосточном и Приволжском федеральных округах продуктивное долголетие черно-пестрых голштинских коров достигает 3,20, 3,18, 2,85 отела соответственно. У 36,2% коров жирность молока находится в диапазоне от 3,91 до 4,23%, у 21,8 % коров жирность превышает 4%.
Учет физиологических особенностей молокообразования и молокоотдачи у животных влияет не только на уровень эффективности машинного доения, но и на реализацию генетического потенциала продуктивности животных. Модернизация процесса машинного доения для увеличения количества и качества молока поможет продлить продуктивное долголетие животных.
Повышение доли наследственности улучшающей породы в генотипе животного приводит к снижению выбраковки из-за слабого развития и низкой продуктивности и увеличению — из-за нарушения репродуктивной функции и болезней вымени. Установлено, что высококровные коровы доживают до старости и выбраковываются по вышеуказанным причинам вдвое чаще.
Качество и количество молока зависят и от здоровья конечностей. При тяжелых патологиях молочная продуктивность снижается. Между показателями экстерьерной оценки и качественными характеристиками молока обнаружены положительные корреляции.
Пожизненный удой у коров с поздним первым отелом выше, чем у коров с ранним отелом. Каких-либо закономерностей по массовой доле жира и белка в молоке у коров с разным возрастом первого отела не выявлено. Сообщается, что среднегодовое содержание жира в молоке коров разных пород колебалось от 3,94 до 4,07%, причем у голштинов оно было выше. Содержание белка, соответственно, было в пределах 3,33–3,42%, а у черно-пестрых коров оно было выше на 2,63%.
В целом можно разработать модельный тип молочной коровы для каждого хозяйства, учитывая продуктивность, продолжительность использования (более 3 отелов), срок первого плодотворного осеменения (16–18 мес.), живую массу (370–400 кг).
Цель работы — проведение анализа показателей выбытия животных из стада, а именно молочной продуктивности, массовых долей жира и белка, выхода молочного жира за лактации и их отдельные периоды, а также коэффициента устойчивости лактаций с учетом групп нозологий, обусловливающих выбраковку коров из стада.
Материалы и методы исследования
Исследования выполнены в отделе физиологии, биохимии, генетики и питания животных ТатНИИСХ ФИЦ КазНЦ РАН. Проведен ретроспективный анализ, объектом которого служили сведения, извлеченные из базы программы ИАС «СЕЛЭКС. Молочный скот», касающиеся выбытия 37 344 коров из молочных стад 26 сельскохозяйственных предприятий, расположенных на территории Республики Татарстан за 2001–2023 гг. Анализу подвергали те сведения, где в качестве причины выбытия коров значились болезни. Все нозологии были структурированы в следующие группы: акушерско-гинекологические болезни (АГБ), внутренние незаразные болезни (ВНБ), хирургические болезни (ХБ), инфекционные и инвазионные болезни (ИИБ). В целом исследования выполнены по ранее опубликованной автором методике в рамках дальнейшего развития выбранного направления исследований.
В статье приведены сведения в разрезе таких показателей, как: удой (в кг) за законченную лактацию, 100 дней, 200 дней и 305 дней законченной лактации, в том числе за последнюю законченную (ПЗЛ) и максимальную (МЛ); содержание в молоке (в %) массовых долей жира (МДЖ) и белка (МДБ), выход (в кг) молочного жира (ВМЖ) и белка (ВМБ) за законченную лактацию, 100 дней, 200 дней и 305 дней законченной лактации, в том числе за последнюю законченную и максимальную лактацию; коэффициент устойчивости законченной лактации (КУЛ), в том числе последней законченной и максимальной лактации.
Результаты обработали биометрически, а достоверность установили по критерию Стьюдента с применением пакета офисных программ.
Результаты и обсуждение
Результаты, представленные на рисунке 1, указывают на то, что максимальным удоем за законченные лактации, в том числе и за 100, 200 и 305 дней, характеризовались животные, выбракованные по причине ИИБ, а минимальными — коровы, выбывшие из стада в результате ВНБ. Причем если за законченные лактации и за 305 дней лактаций разница в продуктивности животных составила между особями, выбракованными в результате ВНБ и ИИБ, 18,51% (p > 0,05) и 15,82% (p > 0,05) соответственно, то аналогичная за 100 дней лактации была ниже на 5,79% и 3,10% и имела величину 12,72% (p < 0,05).
Максимальной разница в молочной продуктивности оказалась за 200 дней лактации — 20,25% (p < 0,01), что выше ранее упомянутых значений на 1,74% и 4,43%, а также 7,53% соответственно. Если рассматривать уровень молочной продуктивности с позиции последней законченной лактации, то стоит отметить, что наибольшей она была у животных, выбывших из стада по причине АГБ. Так, за законченные лактации разница между максимальным и минимальным значениями, полученными при выбраковке коров в результате ИИБ, составила 1170,80 кг, или же величина удоя была на 14,52% ниже, чем при АГБ (p < 0,001).
Минимальные показатели за 100, 200 и 305 дней последней законченной лактации были характерны особям, выбракованным вследствие ХБ: за 100 дней лактации — на 7,93% (p < 0,001) ниже, чем при АГБ, за 200 и 305 дней лактации — на 8,24% (p < 0,001) и 9,87% (p < 0,001) ниже. Наибольшим удоем за максимальные лактации характеризовались животные, выбывшие по причине АГБ, составившим 8758,86 кг, что на 19,04% больше (p < 0,001), чем у коров, выбракованных в результате ИИБ, величина удоя у которых была минимальной.
Кроме того, за все другие изучаемые периоды (100, 200 и 305 дней лактаций) удой коров, выбывших в результате ИИБ, был наименьшим, причем если за 100 и 200 дней различия с таковыми при АГБ оказались практически равными и составили 11,89% (p < 0,001) и 11,85% (p < 0,001) соответственно, то за 305 дней лактации они были выше на 1,90% и 1,94% и составили 13,79% (p < 0,001).
Рассматривая данные (рис. 2), стоит отметить, что наибольшей массовой долей жира в молоке как за законченную лактацию, так и за 305 дней отличались животные, выбракованные из стада по причине АГБ, тогда как минимальные значения были свойственны коровам, выбывшим в результате ИИБ и ХБ соответственно, при этом разница в массовых долях жира в абсолютном выражении составила 0,08% (p > 0,05) и 0,05% (p < 0,001) соответственно.
Иной была разница в массовых долях белка за упомянутый период. Так, если за законченную лактацию максимальное и равное значение содержания массовой доля белка отмечено у особей, выбракованных вследствие АГБ и ВНБ, то минимальное — при выбытии коров по причине ИИБ с абсолютной разницей показателей 0,05% в каждом случае (p > 0,05).
Наибольшую величину массовой доли белка в молоке за 305 дней лактации наблюдали при выбраковке особей в результате ВНБ (3,21%), что на 0,08% (p < 0,01) выше, чем таковое при ИИБ, и на 0,04% (p < 0,01) и 0,01% (p > 0,05) выше, чем при ХБ и АГБ соответственно. Если рассматривать содержание массовой доля жира в молоке за последнюю законченную лактацию, а также за 305 дней последней законченной лактации, то отмечено, что наибольшие значения данного показателя зарегистрированы при выбытии животных как вследствие АГБ, так и вследствие ХБ (по 3,83%), тогда как при ИИБ этот показатель был на 0,06% (p < 0,001) и 0,07% (p < 0,001) ниже.
Максимальные величины массовой доли белка за последнюю законченную лактацию, равно как и за 305 дней, наблюдали у коров, выбракованных по причине ВНБ (3,21%), тогда как наиболее низкими были показатели при выбытии коров в результате ИИБ — 3,14% и 3,16% соответственно, что ниже в абсолютном выражении на 0,07% (p < 0,001) и 0,05% (p < 0,01).
Минимальное содержание жира в молоке за максимальную лактацию и 305 дней лактации отмечено у особей, выбракованных в результате ИИБ (3,77% и 3,76% соответственно), тогда как наибольшее — при выбытии животных вследствие АГБ (за максимальную лактацию в целом) и выбраковке коров по причине АГБ и ХБ, если рассматривать 305 дней максимальной лактации, что выше максимальных значений в каждом из случаев на 0,07% (p < 0,001 в каждом случае).
Различия в массовой доле белка в молоке за максимальные лактации в целом, равно как и за 305 дней лактации, схожи с таковыми за последнюю законченную лактацию. В частности, совпадают величины максимальных значений — 3,21%, причем выявлены они и в тех случаях, когда особи выбыли из стада по причине ВНБ, однако несколько большей была разница с минимальными значениями показателя, зафиксированными при выбраковке коров от ИИБ, составившая 0,10% (p < 0,01) и 0,08% (p < 0,001) соответственно.
Из результатов (рис. 3) следует, что наибольший выход молочного жира и белка как за законченную, так и за их 305 дней был характерен для животных, выбракованных из стада по причине ИИБ, и составлял в отношении молочного жира 235,92 кг и 253,87 кг, а молочного белка — 199,25 кг и 219,11 кг соответственно.
Минимальным выходом как жира, так и белка отличались коровы, выбывшие в результате ВНБ. Так, выход молочного жира был ниже аналогичного при ИИБ на 16,55% (p > 0,05) и 14,19% (p < 0,05) за законченную лактацию и 305 дней лактации, а выход молочного белка — на 16,19% (p > 0,05) и 13,95% (p > 0,05) соответственно.
С точки зрения последней законченной лактации, равно как и ее 305 дней, максимальный выход молочного жира и белка отмечен у особей, выбракованных вследствие АГБ, тогда как наименьший выход молочного жира установлен у животных, выбывших по причине ИИБ (на 12,46% (p < 0,001) и 10,57% (p < 0,001) ниже), а наименьший выход молочного белка — у коров, выбракованных вследствие ХБ (на 10,79% (p < 0,001) и 11,20% (p < 0,001) ниже аналогичного при АГБ).
Максимальные показатели выхода молочного жира и белка за максимальную лактацию, равно как и за 305 дней, наблюдали у особей, выбывших в результате АГБ. Минимальный выход молочного жира за законченную максимальную лактацию и 305 дней выявлен у животных, выбракованных по причине ИИБ, и был ниже такового при АГБ на 14,11% (p < 0,001) и 13,29% (p < 0,001) соответственно. Наименьший выход молочного белка за законченную максимальную лактацию и 305 дней наблюдали у коров, выбывших в результате ИИБ и ХБ соответственно, что меньше аналогичного при АГБ на 14,37% (p < 0,001) и 11,41% (p < 0,001) соответственно.
Рассматривая величины коэффициента устойчивости лактации (рис. 4), стоит отметить, что его наименьшей величиной за законченную и последнюю законченную лактации характеризуются животные, выбракованные по причине ВНБ — 82,48% и 87,19% соответственно, что на 6,90% (p > 0,05) и 2,60% (p > 0,05) ниже максимальных значений показателя, наблюдаемых у коров, выбывших в результате ИИБ.
Наиболее высокими значениями показателя за максимальную лактацию характеризовались особи, выбракованные вследствие ИИБ (92,84%), тогда как аналогичный показатель быль минимальным у коров, выбывших по причине ХБ (90,41%), что на 1,18% (p < 0,001) и 0,97% (p < 0,001) ниже, чем при АГБ и ВНБ соответственно.
Выводы
Коровы, выбракованные в результате акушерско-гинекологических болезней, характеризовались максимальными значениями: удоя за последнюю законченную и максимальную лактации, а также за их 100, 200 и 305 дней; массовой доли жира за законченную лактацию и ее 305 дней, равно как и за аналогичные периоды последней законченной и максимальной лактаций; массовой доли белка за законченную лактацию; выходом молочного жира и белка за последнюю законченную и максимальные лактации, в том числе за 305 дней лактации.
Животные, выбывшие по причине внутренних незаразных болезней, отличались максимальными значениями массовой доли белка за лактацию, последнюю законченную и максимальные лактации, в том числе и за их 305 дней; минимальными значениями удоя во все изучаемые периоды, а также выхода молочного жира и белка за законченную лактацию и ее 305 дней; коэффициентом устойчивости лактации за законченные и последнюю законченную лактации.
Особи, выбракованные вследствие хирургических болезней, имели максимальные показатели: массовой доли жира за последнюю законченную и 305 дней последней законченной лактации; массовой доли жира за 305 дней максимальной лактации; минимальные значения величины удоя за 100, 200 и 305 дней последней законченной лактации; массовой доли жира за законченные лактации; выхода молочного белка за последнюю законченную лактацию и ее 305 дней; выхода молочного белка за 305 дней максимальной лактации; коэффициента устойчивости лактации за максимальную лактацию.
Коровы, выбывшие из-за инфекционных и инвазионных болезней, имели максимальные значения: удоя за все изучаемые периоды; выхода массовой доли жира и белка за законченные лактации, в том числе за 305 дней; коэффициента устойчивости лактации за все изучаемые, а также минимальные значения: удоя за последнюю законченную лактацию; удоя за максимальную лактацию и 100, 200 и 305 дней максимальной лактации; массовой доли жира и белка за все изучаемые лактации, за исключением массовой доли жира за 305 дней законченной лактации; выхода молочного жира за последнюю законченную и максимальную лактации и их 305 дней; выхода молочного белка за максимальную лактацию.
Полученные новые знания эффективны в установлении групп животных, потенциально имеющих высокий риск выбраковки, а также полезны при разработке плана профилактических мероприятий в условиях сельхозпредприятия.
Об авторах
Евгений Олегович Крупин, доктор ветеринарных наук, ведущий научный сотрудник отдела физиологии, биохимии, генетики и питания животных
evgeny.krupin@gmail.com https://orcid.org/0000-0002-8086-1788
Татарский научно-исследовательский институт сельского хозяйства — обособленное структурное подразделение «Федеральный исследовательский центр “Казанский научный центр Российской академии наук”», Казань, Россия, ул. Оренбургский тракт, 48, Казань, 420059, Россия
УДК: 619:636.2.034
DOI: 10.32634/0869-8155-2025-397-08-19-25
