Изменение показателей молочной продуктивности по лактациям
Молочное скотоводство представляет собой ключевую отрасль АПК. Обеспечение населения качественными продуктами питания, а также расширение разнообразия продукции животноводства являются стратегически важными задачами государства. Для этого используются высокопродуктивные породы сельскохозяйственных животных, в том числе крупного рогатого скота молочного направления продуктивности.
На основании последней породной инвентаризации 2021 года все животные с долей кровности по голштинам свыше 75% отнесены к голштинской породе. Данная породная формация создавалась практически повсеместно, с использованием в качестве улучшаемой породы, породные ресурсы молочного скота регионов страны, которые различались между собой по биологическим и хозяйственно полезным признакам. Это позволяет говорить о различиях между популяциями современного молочного скота регионов. Так, в условиях Среднего Урала в качестве улучшающей породы выступало маточное поголовье уральского отродья черно-пестрой породы СССР.
В результате современный молочный скот Среднего Урала отличается большой массой. Это крупные животные с генетическим потенциалом продуктивности 10–12 тыс. кг и более молока за лактацию, МДЖ в молоке 3,97%, МДБ — 3,23%.
Вызывает интерес оценка дальнейшей возможности повышения племенной ценности животных голштинской породы и их генетического потенциала продуктивности, а также влияние возраста коров на показатели молочной продуктивности с учетом их происхождения.
Цель работы — изучить изменчивость показателей молочной продуктивности коров-дочерей разных быков-производителей в зависимости от возраста в лактациях.
Материалы и методы исследования
Исследования проведены в условиях типичного сельскохозяйственного предприятия по производству молока — племенного репродуктора по разведению голштинской породы крупного рогатого скота в Свердловской области (Россия).
Объект исследований — коровы-дочери голштинской породы от быков-производителей Альтаэсквайе (Альта Эсквайр), Кэмпмэн, Чарман, Эмен.
Материалом и данными для сравнения служила база ИАС «СЕЛЭКС — Молочный скот» (Россия), результаты собственных исследований.
Условия содержания, основной рацион, режим и фронт кормления и поения, параметры микроклимата для всех групп были одинаковыми и соответствовали зоогигиеническим нормам. Учитывались удой за 305 дней лактации по лактациям, МДЖ и МДБ в молоке по лактациям.
Отбор проб сырья и продукции проводили в соответствии с ГОСТ 3622, ГОСТ 26809.1.
Молочную продуктивность (удой, содержание жира, белка в молоке) коров контролировали по контрольным дойкам. Содержание жира и белка определяли в средней пробе молока от каждой коровы один раз в месяц в молочной лаборатории ОАО «Уралплемцентр» (Свердловская обл., Россия).
Определяли количество молочного жира и белка.
Отбор быков для проверки по продуктивности дочерей проводили исходя из их работы в стаде в один год — 2017-й, длительности использования дочерей не менее 5 лактаций и количеству дочерей.
Количество дочерей в группе — не менее 20 голов, окончивших по 5–7 лактаций.
Эксперименты проведены с соблюдением требований, изложенных в Директиве Европейского парламента и Совета Европейского союза от 22 сентября 2010 года № 2010/63/ЕС о защите животных, использующихся для научных целей, и принципов обращения с животными согласно статье 4 ФЗ РФ № 498-ФЗ.
Результаты исследований были обработаны при помощи программы Microsoft Office Excel (США) с применением критерия достоверности по Стьюденту с использованием приложения Excel из программного пакета Office XP и Statistica (США).
Результаты и обсуждение
Основным показателем для оценки коров по молочной продуктивности служит удой. На рисунке 1 представлены данные об удое коров-дочерей по лактациям в сравнительном аспекте.
На диаграмме хорошо видно, что удой изменяется в зависимости от возрастного аспекта во всех изучаемых группах коров-дочерей, повышаясь по достижении физиологического расцвета (зрелости).
Установлено, что голштинский скот, дочери быков-производителей Альтаэсквайе, Кэмпмэн, Чарман и Эмен имеют высокий потенциал по длительности продуктивного использования, что позволяет проводить отбор по продуктивному долголетию. Все коровы имеют высокий генетический потенциал продуктивности.
Необходимо отметить, что удои коров-дочерей разных быков-производителей в зависимости от возраста изменяются по-разному. Так, удой у коров быка Альтаэсквайе имел самые высокие показатели по второй лактации, а затем стабилизировался с колебаниями в ту или иную сторону на 350–700 кг с постоянным снижением (начиная с 5-й лактации). Такие же изменения отмечались у дочерей быка Чармана. Дочери быка Кэмпмэна повышали удой до половозрастной лактации, а затем — снижение с колебаниями по лактации. У дочерей быка Эмена установлено повышение удоев вплоть до 5-й лактации включительно.
На рисунке 2 представлены данные об изменении массовой доли жира в молоке коров-дочерей разных быков-производителей в зависимости от лактационной деятельности.
На графике видно, что МДЖ в молоке изменяется по лактациям и снижается к концу продуктивного использования коров, несколько увеличиваясь по последней лактации, за исключением молока от дочерей быка Эмена.
На рисунке 3 представлены данные о динамике МДБ в молоке коров-дочерей оцениваемых быков-производителей.
К концу периода продуктивного использования коров наблюдается повышение содержания белка в молоке. Не установлено закономерной взаимосвязи изменений удоя, МДЖ и МДБ в молоке коров-дочерей оцениваемых быков-производителей.
Получение положительных результатов при проведении селекционно-племенной работы зависит от множества факторов, в том числе от разнообразия признаков в стаде. Этот показатель можно оценивать по коэффициентам изменчивости.
Коэффициенты вариации по удою коров-дочерей оцениваемых быков-производителей по лактациям представлены на рисунке 4.
В результате анализа можно сделать вывод о том, что изменчивость удоя изменяется в зависимости как от происхождения — принадлежности к быку-производителю, так и от возраста (лактации). Сравнивая результаты по расчетам коэффициента изменчивости между коровами-дочерями быков, установлено, что более высокими они оказались у дочерей быка Эмена по всем законченным лактациям. В зависимости от лактации они колебались в пределах от 12,31% (5-я лактация) до 19,75% (2-я лактация).
В других группах дочерей коэффициент вариации изменялся по лактациям и относительно сверстниц, постоянно колеблясь в ту или иную сторону. Так, у дочерей быка Альтаэсквайе коэффициент изменчивости снизился в 3-ю лактацию на 6,94% относительно 1-й и увеличился до 16,62%, или на 8,51%, по 5-й лактации в сравнении с 3-й, постепенно понижаясь и повышаясь по остальным лактационным периодам.
У дочерей быка Кэмпмэна разнообразие удоя постепенно повышалось до 5-й лактации (за исключением 3-й, когда он оказался незначительно ниже, чем по предыдущей лактации). По 6-й лактации у дочерей данного быка коэффициент вариации был самым низким — 8,63%.
У дочерей быка Чармана самый высокий показатель коэффициента вариации установлен по 1-й лактации, затем наблюдалось его снижение по 3-ю лактацию, а потом — незначительное повышение.
Коэффициенты изменчивости МДЖ и МДБ в молоке по лактациям представлены на графиках (рис. 5, 6).
На графиках изменения коэффициента вариации по МДЖ в молоке по лактациям видно, что практически во всех группах дочерей (за исключением дочерей быка Альтаэсквайе) наблюдается ритмичность: снижение этого показателя с 1-й во 2-ю лактацию (дочери быков Кэмпмэна и Чармана), далее повышение по 3-й лактации с понижением по 4-й и дальнейшим повышением по 5-й (дочери быков Кэмпмэна, Чармана и Эмена).
У дочерей быка Альтаэсквайе коэффициент неизменно повышается с 1-й по 4-ю лактацию с дальнейшим снижением.
Необходимо отметить, что в последнюю законченную лактацию у всех дочерей (независимо от возраста) наблюдается снижение показателя коэффициента вариации, что объясняется снижением поголовья с возрастом.
Коэффициенты изменчивости МДБ в молоке с возрастом изменяются по-другому (рис. 6).
Коэффициент вариации МДБ в молоке у коров-дочерей быка Эмена колебался по лактациям — с 3,57% в 1-ю до 4,11% в 5-ю, то снижаясь, то возрастая, далее снижался до 2,61% по 6-й, несколько возрастая в 7-ю лактацию.
У дочерей Чармана эти показатели резко снизились по 2-й лактации, а затем повышались до 5-й включительно с небольшими колебаниями в ту или иную сторону.
Дочери быка Кэмпмэна с возрастом имели постоянные изменения коэффициента вариации в ту или иную сторону, снижаясь к концу использования до тех же величин, которые установлены по 1-й лактации и были самыми низкими.
Коровы дочери быка Альтаэсквайе отличались тем, что здесь коэффициент изменчивости постоянно увеличивался (начиная с 1-й лактации по 4-ю и снижаясь до минимума по 5-й лактации).
Выводы
Таким образом, можно сделать вывод, что дочери всех оцениваемых быков-производителей имели высокие показатели продуктивности, которые были выше минимальных требований по голштинской породе.
Наибольшие удои у дочерей быков Альтаэсквайе и Чармана наблюдали во 2-ю лактацию, после чего показатели стабилизировались с постепенным снижением с 5-й лактации. В то же время у дочерей Кэмпмэна максимальная продуктивность достигла к половозрастной лактации, а у дочерей Эмена — сохраняла тенденцию к росту (вплоть до 5-й лактации).
Коэффициенты изменчивости удоя, МДЖ и МДБ подтвердили, что генетический фактор (происхождение от конкретного быка) оказывает значительное влияние на стабильность продуктивности. Наибольшая вариабельность удоя отмечена у дочерей Эмена (до 19,75%), что может указывать на менее предсказуемую наследственность. В зависимости от длительности продуктивного использования у них установлены особенности изменения удоя и качественных показателей молока — как между группами дочерей, так и внутри групп. Исходя из полученных данных, бык-производитель оказывает влияние на возрастные изменения продуктивных качеств их дочерей.
Об авторах
Артём Сергеевич Горелик1, кандидат биологических наук
temae077ex@mail.ru https://orcid.org/0000-0002-3362-2514
Ольга Васильевна Горелик2, доктор сельскохозяйственных наук, профессор кафедры биотехнологии и пищевых продуктов
olgao205en@ya.ru https://orcid.org/0000-0002-9546-2069
Максим Борисович Ребезов2, 3
• доктор сельскохозяйственных наук, профессор кафедры биотехнологии и пищевых продуктов2;
• доктор сельскохозяйственных наук, профессор, главный научный сотрудник3
rebezov@ya.ru https://orcid.org/0000-0003-0857-5143
Светлана Юрьевна Харлап2, кандидат биологических наук, доцент
proffuniver@ya.ru https://orcid.org/0000-0002-3651-8835
Наталия Ивановна Кульмакова4, доктор сельскохозяйственных наук, доцент
kni11@mail.ru https://orcid.org/0000-0003-0372-6109
Куралай Сметкановна Исаева5, кандидат технических наук, профессор, заведующая кафедрой биотехнологии
issayevakuralay@mail.ru https://orcid.org/0000-0003-4533-0188
1 Уральский институт Государственной противопожарной службы Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, ул. Мира, 22, Екатеринбург, 620062, Россия
2 Уральский государственный аграрный университет, ул. им. Карла Либкнехта, 42, Екатеринбург, 620075, Россия
3 Федеральный научный центр пищевых систем им. В.М. Горбатова Российской академии наук, ул. им. Талалихина, 26, Москва, 109316, Россия
4 Российский государственный аграрный университет — МСХА им. К.А. Тимирязева, Тимирязевская ул., 49, Москва, 127550, Россия
5 Торайгыров университет, ул. им. Ломова, 64, Павлодар, 140008, Казахстан
УДК 636.2.082.32
DOI: 10.32634/0869-8155-2025-397-08-32-38
