Цифровая экосистема агропромышленного комплекса Российской Федерации: возможности и ограничения имплементации

В условиях цифровой трансформации экономического пространства цифровые инструменты управления приобретают особую роль в достижении сбалансированного развития отраслевой политики Российской Федерации. Их формирование и дальнейшее развитие обусловлены двумя ключевыми тенденциями, где первая связана с активным процессом разработки и приобретения цифровых платформ и сервисов, удовлетворяющих потребности производителей, а вторая — с усилением экономических эффектов от более тесной интеграции и координации основных участников управленческих процессов.

Агропромышленный комплекс (далее — АПК) выступает единой системой, объединяющей многообразие отраслей народного хозяйства России, участвующих в создании конечной продукции АПК на различных стадиях производства.

Первостепенная задача агропромышленного комплекса — обеспечение продовольственной безопасности России посредством достижения устойчивого роста сельскохозяйственного производства и отраслей, косвенно или напрямую поддерживающих и обслуживающих его первое звено — растениеводство и животноводство. В связи с этим особое внимание уделяется способам повышения эффективности функционирования отраслей и предприятий АПК.

Выступая одним из крупных промышленных межотраслевых комплексов, АПК сочетает в себе многообразие производственных и сбытовых связей, тесно взаимодействующих между собой. Такие сложные структуры и взаимодействия позволяют определить АПК как экосистему, которая удовлетворяет классическому пониманию термина и характеризуется разнообразием природных, биологических и технологических аспектов.

Именно технологический аспект представляет особый интерес в условиях повсеместной цифровизации, поскольку позволяет влиять на эффективность всего многофункционального сектора экономики в целом и на его отдельные компоненты и процессы в частности. По мнению В.И. Меденникова, назревшая необходимость в цифровизации цепочек создания стоимости «агропродукта» определяется комплексом предпосылок, где центральное место занимает необходимость в повышении эффективности текущей модели координации между основными участниками рынка (предприятиями и отраслями АПК, государством, научно-исследовательскими центрами и иными контрагентами, обслуживающими и поддерживающими деятельность агросектора) для достижения стабильного развития отраслей экономики, обеспечивающих (косвенно или напрямую) продовольственную безопасность страны.

Подобная взаимосвязь элементов системы формирует потребность в разработке нового комплексного подхода к управлению агропромышленном комплексом (интеграция цифровых решений по управлению фермой для производителей, с одной стороны, и тесная кооперация научных, государственных и производственных ресурсов — с другой) формирует фундамент нового технологического концепта, способного повысить конкурентоспособность сельскохозяйственного продукта на мировом рынке. Всё вышесказанное обусловливает актуальность настоящего исследования.

Цели исследования — изучение проблем и перспектив цифровизации агропромышленного комплекса и разработка концепции цифровой экосистемы АПК, призванной интегрировать и аккумулировать производственные, научные и кадровые процессы, протекающие на этапах создания сельскохозяйственной продукции для повышения эффективности аграрного производства в России.

Материалы и методы исследования

Исследование теоретических и практических аспектов цифровизации агропромышленного комплекса было проведено на основе общенаучных методов исследования (системного анализа, классификации и дедукции) зарубежных и отечественных научных трудов, посвященных цифровизации агросектора, а также на основе анализа статистических данных «Цифровая экономика» Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации и Федеральной службы государственной статистики.

При разработке модели цифровой экосистемы АПК Российской Федерации применялись структурно-функциональный анализ, графический и формально-логические методы.

Результаты и обсуждение

Содержание и концепция цифровой экосистемы и ее возможностей в АПК

АПК представляет собой ключевое звено в системе обеспечения продовольственной безопасности государства, выступая крупнейшим межотраслевым комплексом по производству, переработке и дистрибуции сельскохозяйственной продукции, удовлетворяющей потребности населения в питании. В связи с этим продовольственная безопасность, как один из важнейших элементов национальной безопасности, напрямую зависит от устойчивости и эффективности функционирования предприятий и отраслей АПК.

Вопросам повышения эффективности АПК посвящено множество отечественных научных трудов. Исследуя концептуальное понимание эффективности, отечественные экономисты более склонны рассматривать данный термин как категорию, отображающую отношение эффекта (результата деятельности) к затратам в микроэкономическом аспекте. Так, В.А. Добрынин определял эффективность АПК как политэкономическую категорию, демонстрирующую общественные отношения, напрямую связанные с получением максимального количества продукции с каждого гектара земли при наименьших затратах человеческого труда на производство единицы продукции.

По мнению М.М. Мусаева, эффективность АПК есть категория, определяемая как повышение количества продовольственных и непродовольственных товаров, полученных из сельскохозяйственного сырья в расчете на душу населения при равномерном снижении затрат на производство единицы продукции.

В свою очередь, Г.И. Иванов рассматривает эффективность аграрного производства как экономическую категорию, включающую совокупность нескольких видов эффективности (технологическую, социальную и экологическую), направленных на повышение результативности финансово-хозяйственной деятельности субъекта посредством обеспечения высоких показателей производительности, экономичности, прибыльности и качества продукции.

Таким образом, большинство из анализируемых исследований определяют эффективность предприятий и отраслей АПК как совокупность факторов, влияющих на повышение производительности сельскохозяйственных предприятий и ведущих к снижению затрат (производственных, материально-сырьевых, кадровых) на единицу производимой конечной продукции.

При рассмотрении способов повышения эффективности АПК М.М. Мусаев акцентирует внимание на роли государственного регулирования в многоаспектном развитии АПК, основными задачами которого становятся улучшение качества продукции и поддержание конкурентоспособности отечественного производителя. По мнению А.И. Алтухова, государственная поддержка является одним из приоритетных механизмов повышения эффективности АПК, устраняющей комплекс межотраслевых проблем.

Еще одним важным направлением, способствующим повышению эффективности АПК, по мнению И.Г. Галбина, выступают инновации, служащие локомотивом экономического развития в современных условиях. При этом ключевая роль в проведении масштабной трансформации отводится координации и кооперации всех участников инновационного процесса (предприятий АПК, стартаперов, инвесторов и государства), что позволяет получить синергетический эффект.

Как отмечают Э.Н. Крылатых, О.Д. Проценко и М.Н. Дудин, наиболее перспективным инновационным вектором, способствующим повышению эффективности сельскохозяйственных предприятий в целях обеспечения продовольственной безопасности, является внедрение цифровых решений, поддерживаемых государством. Такой подход позволяет объединить два указанных ключевых направления повышения эффективности АПК — инновации с учетом современных цифровых вызовов и государственную поддержку сектора.

Необходимость в трансформации и повышении эффективности предприятий АПК посредством внедрения инновационных цифровых решений обусловлена рядом причин.

Во-первых, применение цифровых технологий позволит рационально использовать ресурсы сельского хозяйства, что особенно актуально в связи с растущей потребностью в продовольствии (согласно экспертным оценкам к 2050 г. потребность в продовольствии увеличится на 70%) в условиях замедленного роста посевных полей (к 2050 г. доля земель, пригодных для выращивания сельскохозяйственный культур, увеличится не более, чем на 4%).

Во-вторых, внедрение инноваций обусловлено необходимостью в оптимизации производственных и сбытовых циклов, на которых сельскохозяйственные предприятия теряют свыше 40% продукции (могут достигать и 50%). В своем исследовании В. Тарасов, В. Ершов и Е. Абрашкина акцентируют внимание на положительном эффекте от внедрения цифровых решений (точная посадка при вложении в 45 млрд долл. даст прибавочную стоимость в размере 145 млрд долл., при этом высокотехнологичные способы внесения удобрений при вложенных 65 млрд долл. дадут прибавочную стоимость в 200 млрд долл.). Авторы акцентируют внимание на том, что благодаря цифровым технологиям к 2050 г. можно увеличить урожайность до 70%.

В-третьих, актуальность инноваций и их имплементация в АПК подтверждаются сложившимися к настоящему времени предпосылками: научно-технологическими переменами и открытиями, произошедшими в последние десятилетия. Так, авторами исследования «Инновационное развитие агропромышленного комплекса в России» были проведены анализ и систематизация передовых технологий, наиболее релевантных к использованию в АПК, в частности:

1) Развитие информационных технологий и IT-инфраструктуры, в том числе:

использование технологии больших данных (BigData), формирующих новый подход к обработке информационных потоков и, как следствие, позволяющих принимать более обоснованные решения на основе анализа прогноза погоды, вероятности заболеваний, оценки урожайности, тенденций на рынке и иных аспектов сельскохозяйственной деятельности в рамках одной модели;

внедрение самообучающихся систем (AI-решения и Lot-платформы), позволяющих создавать самоуправляющиеся фермы;

использование интернета вещей (IoT), объединяющего физические объекты в единую информационную сеть в целях сбора, анализа и обработки информации (например, решения умного земледелия);

использование блокчейна, обеспечивающего прозрачность товаропередвижения «от фермы до тарелки», благодаря которой можно обнаружить некачественную продукцию, эффективно управлять контрактами, определить узкие места в цепочке поставок (иными словами, сократить производственные и логистические потери).

2) Развитие и применение робототехники в смежных отраслях, позволяющих решить проблему кадровой нехватки посредством внедрения автоматизированных систем на участках операционного процесса (например, беспилотные летательные аппараты и беспилотная тяжелая техника).

3) Развитие и использование биотехнологий для решения различного рода задач в части генетики, эпигенетики и синтетической биологии.

4) Развитие и использование нанотехнологий.

В эпоху Индустрии 4.0, которая сводится преимущественно к цифровизации и автоматизации производственных процессов, особое место отводится IT-технологиям, положившим начало развитию цифровых цепочек создания стоимости (например, интернет вещей, цифровые платформы и экосистемы, BigData, кибербезопасность, облачные вычисления, GPS и др.).

Интеграция технологических, производственных, управленческих и организационных факторов с цифровыми решениями формирует новую, целостную и многомерную среду взаимодействия компаний и иных участников рынка (государство, банковский сектор, потребители и др.). Подобная трансформация влечет за собой изменение бизнес-модели компании и способов кооперации между ними.

На сегодняшний день площадкой, соединяющей участников рынка в единой информационной среде, выступает цифровая экосистема, которая в последнее время приобрела высокую популярность ввиду упрощенной координации через цифровые каналы, многофункциональности, возможности к интеграции и самоорганизации участников. В своем исследовании В.В. Агафонова отмечает, что создание единой цифровой платформы позволит увеличить производительность отраслей на 15–20%, однако ключевой проблемой остается стоимость реализации данного проекта, ввиду чего необходимо формировать региональные программы по внедрению цифровых решений с участием государства.

При определении содержания термина «цифровая экосистема» необходимо обратить внимание на сформировавшиеся теоретические двойники вследствие активной популяризации понятий «цифровая экосистема» и «цифровая платформа» различными информационными каналами СМИ, с одной стороны, и отсутствия четкого представления о сущности данных категорий и значительного многообразия их предметной идентификации — с другой.

Потеря концептуальности, однозначности и системности рассматриваемых терминов ведет к упрощению первоначально вкладываемого смысла в вышеуказанные понятия, формируя тем самым методологические «конфликты» при реализации цифровых решений на практике. Среди трудов, посвященных методологическому определению понятий «цифровая экосистема» и «цифровая платформа», выделяют работы таких зарубежных исследователей, как R. Ander, M. Jacobides, C. Cennamo, A. Gawer, P.J. Williamson, A. De Meyer, и отечественных ученых — Г.Б. Клейнер, В.А. Карпинская, С.В. Дорошенко, А.Г. Шеломенцев, Ю.М. Акаткина, В.И. Меденников, Е.А. Федулов, О.В. Агафонов, Д.А. Коробейников и др. При этом исследования по определению механизмов внедрения и дальнейшего функционирования цифровых экосистем в АПК носят больше фрагментарный, нежели комплексный характер.

В.И. Меденников рассматривает цифровые платформы (далее — ЦП) в качестве базового элемента для функционирования, поддержания и дальнейшего развития, масштабирования цифровых экосистем. В таком представлении цифровые платформы являются отдельно взятым элементом цифровой экосистемы, включающим совокупность упорядоченных цифровых данных, интегрированных в единую информационную систему, предназначенную для эффективного и рационального взаимодействия заинтересованных субъектов.

В свою очередь, согласно руководству по цифровой трансформации производственных предприятий «Сколково», под цифровой платформой понимается «совокупность цифровых данных, моделей и инструментов, информационно и технологически интегрированных в единую автоматизированную функциональную систему, предназначенную для квалифицированного управления целевой предметной областью с организацией взаимодействия заинтересованных субъектов». Иную трактовку цифровых платформ можно встретить в программе развития цифровой экономики Российской Федерации, где цифровая платформа определяется как:

1) модель деятельности заинтересованных лиц на общей платформе для функционирования на цифровых рынках;

2) площадка, поддерживающая комплекс автоматизированных процессов и модельное потребление цифровых продуктов (услуг) значительным количеством потребителей;

3) информационная система, ставшая одним из лидирующих решений в своей технологической нише, в частности транзакционной, интеграционной.

Таким образом, основываясь на представленных определениях, следует заключить, что цифровая платформа, как сложная информационная среда, представляет собой цифровое пространство, обеспечивающее эффективную интеграцию и кооперацию основных ее элементов благодаря бесшовным технологиям, предназначенным для сбора, обработки и трансфера знаний. При этом основными элементами цифровых платформ становятся:

1) инфраструктура цифровой платформы, выступающей в качестве архитектуры с ее многообразием программно-технических средств для сбора, хранения, обработки и передачи информации;

2) коммуникационные каналы, предназначенные для трансфера информации и координации элементов цифровой платформы (то есть ее участников);

3) организационный компонент, регулирующий деятельность участников платформы;

4) совокупность пользователей.

Иллюстрация взаимодействия основных элементов цифровой платформы представлена на рисунке 1.

На сегодняшний день в Российской Федерации цифровые платформы в АПК представляют локальные AgTech-проекты (Lot-программы), направленные на решение узких задач. Согласно мнению экспертов, через 10 лет при прочих равных условиях более 80% российских сельскохозяйственных предприятий будут использовать в производственных процессах digital-решения ввиду ключевого преимущества — снижения и минимизации фактора неопределенности при планировании и управлении производственными процессами.

Несмотря на актуальность и полезность цифровых платформ, большинство решений на отечественном рынке AgTech не поддаются интеграции между собой, а также интеграции с государственными системами, что создает дополнительные сложности в сопряжении и координации систем управления бизнес-процессами. Кроме того, подобные решения исключают модель стратегического партнерства между органами государственной власти, бизнеса и НИОКР, что влечет за собой использование «простых», локальных решений на местах, а не комплексный подход к управлению.

При рассмотрении термина «цифровая экосистема» важно отметить его отождествление с биологическими системами, то есть совокупность взаимодействующих организмов, помещенных в среду обитания. Впервые эту концепцию применил в научной литературе J.F. Moore в своей статье «Хищники и жертвы. Новая экология конкуренции». Дж. Мур определил «бизнес-экосистему» как устойчивое экономическое сообщество, включающее различных взаимосвязанных участников рынка. Важной особенностью бизнес-экосистем является интеграция ресурсов участников с целью совместной разработки и коммерциализации инновационных технологий, что делает их схожими с инновационными кластерами. Позднее M. Iansiti и R. Levien, установив аналогию в развитии биологических и экономических систем, использовали этот термин для описания взаимозависимостей субъектов в экономике.

При проведении анализа трудов О.В. Агафонова, В.И. Меденникова, Д.А. Коробейникова и Е.А. Федулова, посвященных исследуемой проблематике и концептуальному осмыслению и описанию цифровых экосистем, был выявлен системный подход к определению вышеуказанного термина. Так, цифровая экосистема есть сверхсложная информационная среда, состоящая из элементов, взаимодействующих и взаимосвязанных друг с другом. При этом под элементом понимается не отдельно взятая цифровая платформа, а связи — каналы трансфера информации и знаний.

Особое внимание в системном подходе отведено строению цифровой экосистемы. В частности, в трудах Ю.М. Акаткиной представлена концептуальная архитектура цифровой экосистемы отрасли, включающая в себя следующие компоненты:

1) семантическое ядро, выступающее в качестве информационной базы о предметной области (в том числе классификаторы, стандарты, способы взаимодействия);

2) технологическую инфраструктуру, обеспечивающую бесперебойное функционирование цифровой экосистемы;

3) пользовательские и прикладные сервисы, выступающие в качестве цифровых платформ;

4) персонализированные приборы и устройства интернета вещей.

Другая архитектурная модель цифровой экосистемы представлена Г.Б. Клейнером, который рассматривал цифровую экосистему в качестве пирамиды компонент. В частности:

1) организационный — объектная подсистема в виде кластерного объединения взаимосвязанных акторов, реализующих отдельные бизнес-процессы в составе экосистемы;

2) инфраструктурный — подсистема среды, выступающая в качестве цифровой технологической платформы, на которой доступны услуги участников;

3) коммуникационно-логистический — процессная подсистема в виде сети, поддерживаемой ИIТ-интегратором (финтехкомпанией), как устойчивая структура взаимодействия членов экосистемы;

4) инновационный — проектная подсистема в виде бизнес-инкубатора как совокупность инновационных инициатив и акселерационных программ для поиска стартапов, проектов и идей.

На основе проведенного методологического анализа по предметной идентификации терминов «цифровая платформа» и «цифровая экосистема» авторы исследования делают следующее заключение. Необходимость в теоретическом разграничении терминов «цифровая экосистема» и «цифровая платформа» обусловлена отсутствием четкого представления о сущности и об инструментарии рассматриваемых понятий, что зачастую влечет за собой стирание границ при реализации двух продуктов на практике.

Так, ключевое различие между цифровой платформой и цифровой экосистемой заключается в степени координации и в составе предоставляемых услуг. Для первого характерен уникальный набор сервисов и коммуникационных каналов, в то время как для второго — интеграция и координация субъектов в единой информационной среде, предоставляющей возможность комплексного использования перечня AgTech-решений.

В рамках исследуемой отрасли под цифровой экосистемой АПК подразумевается сверхсложная цифровая среда, характеризующаяся отраслевым многообразием, из чего следует сложность коммуникационной сети и каналов взаимодействия участников рынка.

В целях дальнейшей разработки и эффективной имплементации цифровой экосистемы АПК предоставляется необходимым проведение оценки текущего состояния цифровизации АПК, что позволит оценить реальную готовность отрасли к внедрению такого комплексного управленческого решения.

Анализ текущего состояния цифровизации АПК России

По сравнению с другими отраслями экономики агросектор встал на путь активного внедрения цифровых технологий сравнительно недавно (после мировой пандемии COVID-19), что во многом обусловлено модификацией бизнес-модели и ее дальнейшим переносом в онлайн-среду. Особенно данный фактор затронул сбытовые и производственные бизнес-процессы. Так, если в 2020 году доля сельскохозяйственных организаций, осуществляющих продажи через интернет-сервисы, составляла 9,2%, то к 2022 году этот показатель увеличился до 28,9%, или в 3,1 раза, а вклад ИКТ в развитие сельского хозяйства увеличился с 3,5% в 2018 году до 4,3% в 2022 году.

Если сравнивать с зарубежными странами, показатель внедрения AgTech-проектов в России существенно мал. Согласно экспертным оценкам Н. Каныгиной из Института комплексных стратегических исследований, около 10% отечественных хозяйств внедряют цифровые решения, в то время как в США и европейских странах аналогичный показатель составляет 60–80%.

С учетом сложившихся реалий и достигнутых результатов рассматриваемый период цифровизации АПК можно охарактеризовать как «переходный», что подтверждается динамикой показателей (табл. 1).

Первая группа показателей представлена цифровыми решениями, направленными на оптимизацию сельскохозяйственных бизнес-процессов. Как видно из таблицы 1, цифровые инструменты пользуются высоким спросом и актуальностью среди производителей (доля организаций, использующих «цифру», за последние три года увеличилась в среднем на 11,5 п. п.).

Данная динамика объясняется влиянием комплекса факторов, ключевым из которых является эффект низкой базы, то есть фактическое неиспользование «цифры» сельхозпредприятиями. Среди других факторов, не менее значимых и влияющих на агробизнес, выделяются естественная реакция агробизнеса на изменение рынка и продемонстрированная эффективность инструментов цифровизации бизнес-процессов в целом.

Естественная реакция сельскохозяйственных организаций на изменение рынка представлена совокупностью трендов, влияющих и определяющих дальнейший формат взаимодействия бизнес-структур с потребителями, государством, банковскими системами и иными участниками. Например, переход агробизнеса на осуществление финансовых расчетов в электронном виде обусловлен стремительным развитием рынка платежных систем (интернет-эквайринг, платежные агрегаторы, способы оплаты и пр.) и, как следствие, динамичным ростом доли безналичных операций (с 2019 по 2023 г. доля безналичных платежей по оплате товаров и услуг возросла с 64,7 до 83,4%, в то время как показатель, отражающий платежи наличными средствами, сократился с 35,3 до 16,6%), что в результате определяет способ расчета отечественного агробизнеса.

Другим примером является положительная динамика показателей «управление продажами товаров, работ и услуг» и «управление закупками товаров, работ и услуг», что обусловлено переходом и использованием интернет-платформ. Вместе с вышеперечисленными показателями возрастает роль обеспечения информационной безопасности.

Продемонстрированная эффективность внедряемых цифровых инструментов во многом определяется оптимизацией затратных статей и увеличением производительности предприятия в целом. Так, внедрение системы электронного документооборота на сельскохозяйственных предприятиях позволяет сократить финансовые затраты на обработку, печать, хранение и доставку документов до 80%.

Кроме того, данный инструмент обладает дополнительными преимуществами, в частности увеличением скорости расчетов и обработки данных в необходимых разрезах и с любой детализацией; сокращением временных затрат на обработку и составление отчетностей; удобством хранения документов, снижением риска порчи, удобством взаимодействия с внешними структурами (банками, страховыми компаниями, налоговыми службами и т. д.).

Другим примером является внедрение программных средств в рамках автоматизированного управления производством. В данном случае авторы исследования акцентируют внимание на комплексных платформах, позволяющих проводить оперативный учет и контроль сельскохозяйственных ресурсов, оптимизировать логистические процессы, системы управления запасами и складскими помещениями, анализировать финансовые результаты, контролировать качество продукции.

Подобные внедряемые инструменты требуют высокой цифровой грамотности персонала, в связи с чем можно наблюдать тенденцию к росту обучающих программ (рост за три года составил 15,1 п. п.).

Анализируя использование цифровых технологий в сельскохозяйственных организациях, следует отметить колебания показателей с 2020 по 2022 год. Низкие темпы и сокращение числа предприятий, внедряющих «цифру», во многом можно объяснить влияющими на фермеров макроэкономическими потрясениями, усугубляющими «болевые точки» фермеров. Данный тезис в большинстве случаев касается недостаточного уровня цифровой компетенции персонала.

Согласно данным статистического сборника, доля занятых в профессиях, связанных с интенсивным использованием информационно-коммуникационных технологий в сельском хозяйстве, составляет 0,2% в 2022 году, что является существенно низким показателем, в отличие от других отраслей (рассматриваемое значение в 60 раз меньше, чем в США).

Во многом данный фактор объясняется недостаточно эффективным диалогом между бизнес-структурами и образовательными учреждениями (высшее образование не ориентировано на подготовку востребованных рынком специалистов). Так, если сравнивать 10-летнее развитие США и России, то американскими учреждениями были подготовлены свыше 2000 специалистов в области аграрной генетики, селекции и репродуктивных технологий, в то время как в России обучение по таким специальностям носит локальный характер.

Другой проблемой выступает недостаточный уровень технического оснащения, являющегося базисом цифровизации. Данный фактор касается целого перечня используемых программных средств.

Одно из технологических ограничений — недостаточное покрытие территории сетевым интернет-соединением, а также низкая доступность скоростного широкополосного интернета. Так, в 2022 г. доля сельскохозяйственных организаций, имеющих скоростной доступ, составляла 7,3%, что в рамках цифровизации отрасли является недостаточным показателем (например, для розничной торговли данный показатель составляет 28,7%, для высшего образования — 33,9%).

Кроме того, ключевым барьером к цифровизации выступает использование отечественными компаниями импортного софта цифровых AgTech-решений, во многом ограничивающих возможности цифровизации. По мнению экспертов, достигнутые результаты аграриев во многом обусловлены использованием западных технологий. Иными барьерами выступают подорожание средств производства, нарушение цепочек поставок, политические препятствия, что в совокупности ведет к замедлению внедрения инновационных технологий.

Небольшая доля в использовании сельскохозяйственными предприятиями цифровых решений во многом обусловлена их высокой стоимостью. Так, на текущий момент времени комплексные решения внедряются в большинстве рассмотренных случаев крупными агрохолдингами, на долю которых приходится лишь 20% производства зерновых ресурсов. Наибольший удельный вес составляет малое и среднее предпринимательство, испытывающее нехватку финансов в рамках внедрения и дальнейшего развития автоматизированных и цифровизированных производственных процессов. В связи с этим на первый план встает вопрос о разработке эффективных мер государственной поддержки аграрного МСП.

Не менее значимой проблемой является недостаточно эффективный диалог с наукой. Согласно данным исследования «Инновационное развитие агропромышленного комплекса в России», свыше 82% экспертов выделили данный барьер как ключевой. Наряду с вышеуказанной проблемой существует острая необходимость в предоставлении консультационных услуг, формировании открытого и доступного информационного поля с бесплатными аналитическими данными для малого и среднего предпринимательства (далее — МСП) в целях принятия обоснованных управленческих решений о продажах, посеве и по иным бизнес-процессам.

Для решения вышеуказанного комплекса кадровых, технологических, финансовых и иных проблем Министерством сельского хозяйства РФ была предложена инициатива по разработке единой информационной цифровой экосистемы, функционирующей на отечественном программном обеспечении. Концептуальная сущность цифровой экосистемы — повышение эффективности в кооперации и коммуникации ключевых участников агропромышленного комплекса: государства, бизнес-структур, покупателей, контрагентов и иных субъектов, участвующих в цепочке создания ценности сельскохозяйственной продукции.

Согласно оценке Института стратегических исследований и экономики знаний ВШЭ, подобное решение способно обеспечить дополнительный рост производительности труда в АПК на 15,6% к 2030 г., во многом решив «болевые точки» МСП.

Основываясь на проведенном анализе, авторы исследования делают следующие выводы. На текущий момент времени процесс цифровизации АПК характеризуется как «переходный период», во многом обусловленный изменениями рынка. Внедрение цифровых решений носит более «догоняющий» и «перенимающий» характер, что обусловлено продемонстрированной эффективностью цифровых решений. Однако большинство из внедряемых и используемых AgTech-проектов используются на практике крупными агрохолдингами. При этом МСП испытывают кадровые, технологические и финансовые барьеры, что усложняет внедрение цифровых решений. В связи с этим роль государства определяется как ключевая в рамках поддержки (в том числе финансовой), обеспечения трансфера информации и координации основных участников.

Одной из инициатив по развитию цифровизации выступило предложение Министерства сельского хозяйства РФ по созданию цифровой платформы. Основываясь на выявленных «болевых точках» и проанализированном текущем положении цифровизации АПК, авторы исследования предлагают следующую модель цифровой экосистемы.

Модель цифровой экосистемы агропромышленного комплекса

В данном разделе авторы предлагают концепцию цифровой экосистемы АПК страны. Важно акцентировать внимание на том, что предлагаемая модель ЦЭ учитывает опыт реализации существующих AgTech-проектов (цифровых платформ) и сочетает в себе передовые цифровые решения для получения большего синергетического эффекта от реализации экономической деятельности отраслей и предприятий АПК. Так, целью цифровой экосистемы АПК становится повышение конкурентоспособности производителей сельскохозяйственной продукции посредством обеспечения эффективной интеграции цифровых решений, а также кооперации ключевых участников на платформах (в том числе на субплатформах), объединенных единой информационной средой.

Цифровая экосистема АПК представлена четырьмя основными контурами цифровой экосистемы, которые находятся в тесной взаимосвязи с основными звеньями АПК: государственный контур, научно-исследовательский контур, бизнес-структуры и контур контрагентов. Предлагаемая модель цифровой экосистемы и взаимосвязь ее основных контуров представлены на рисунке 2.

Каждый из рассматриваемых контуров имеет свою роль в организации и дальнейшем функционировании цифровой экосистемы.

Государственный контур представлен Министерством сельского хозяйства Российской Федерации, а также региональными министерствами и подведомственными организациям и департаментами, Федеральной службой государственной статистики, Федеральной службой государственной регистрации, кадастра и картографии, а также иными региональными и муниципальными органами, осуществляющими свою деятельность в рамках управления АПК.

Ключевая роль государственного контура заключается в обеспечении регулятивной, контрольной и координационной функций, в частности:

1) разработка стратегий научно-технического развития, определение ключевых векторов аграрной политики;

2) реализация комплекса мер по поддержке сельскохозяйственных производителей и других участников;

3) обеспечение транспарентности информации и эффективное ее доведение до ключевых участников;

4) осуществление содействия в координации основных участников цифровой экосистемы;

5) осуществление контроля за деятельностью участников (налогового, правового и пр.);

6) сбор и обработка стратегического актива (данные о рынке и его участниках).

Научно-исследовательский контур определен в качестве технопарка инновационных разработок и состоит из научно-исследовательских центров, площадок формата «акселератор» и «инкубатор», а также учреждений высшего и среднего профессионального образования.

В глобальном понимании технопарк выполняет два функциональных процесса, где первый заключается в аккумулировании и транслировании научной базы знаний о разработках и технологиях, применяемых в агропромышленном комплексе, а второй — в разработке агропромышленных решений (и дальнейшей их коммерциализации в ходе сотрудничества с бизнес-структурами) по следующим направлениям:

1) Роботизация и автоматизированная техника в части БПЛА, беспилотная тяжелая техника, дистанционное зондирование, роботизированная техника и др.

2) Интеграция цифровых решений и систем, в том числе систем Lot-решений, AI-инструментов, системы ГЛОНАСС и GPS-мониторинга, трекинг-контроля, аналитических инструментов BIG DATA и др.

3) Разработка новых систем животноводства и растениеводства, в частности по направлениям: точечное земледелие; цифровые поля и цифровые двойники; умные сельскохозяйственные системы (фермы, теплицы, сады, вертикальные и контейнерные фермы и др.).

4) Пищевая промышленность, в том числе биотехнологическая и биосинтетическая мясная продукция, инструменты киберинформатики для производства продуктов питания, цифровые решения для переработки и логистики, альтернативные технологии получения пищевых и кормовых продуктов и т. д.

5) Агробиотехнологии, в частности развитие направлений синтетической биологии, биотехнологий, эпигенетики, нанотехнологий, генетики и селекции, конструирования микробов, биотехнологии защиты растений, создания новых видов производящих живых систем и пр.

6) Иные AgTech-решения.

Центральным элементом цифровой экосистемы АПК выступают бизнес-структуры. Ключевой задачей при формировании программно-технологического обеспечения выступает интеграция AgTech-решений с функционалом платформы. Своего рода цифровая экосистема является единым информационным пространством, который открывает для бизнес-структур возможности использования и комбинирования цифровых решений.

В рамках рассмотрения ЦЭ и основных звеньев АПК учитывается взаимодействие бизнес-структур с контрагентами на каждом из этапов создания стоимости сельскохозяйственной продукции — от производства до ее конечной продажи. При этом под контрагентами авторы исследования понимают совокупность организаций, обеспечивающих эффективное функционирование сельскохозяйственных предприятий в области растениеводства и животноводства. К таким контрагентам относятся:

1) группа поставщиков ресурсов (минерально-сырьевого удобрения, техники и иных материальных ресурсов);

2) банковский сектор и страховые услуги;

3) логистические структуры;

4) центры сбытовой структуры предприятия (система складских помещений, оптово-розничная сеть и др.);

5) ветеринарные центры и др.

Таким образом, периметр цифровой экосистемы охватывает всю цепочку создания ценности и участников трех звеньев АПК, а также формирует дополнительную среду для упрощенного взаимодействия в рамках финансирования, исследовательских проектов контроля и регулирования.

В рамках рассматриваемой модели внедрение цифровой экосистемы несет в себе мультипликативный эффект по повышению эффективности российского агросектора, в частности наращение производственных мощностей, рост индекса производства сельскохозяйственной продукции, развитие инноваций и технологических решений, развитие неурбанизированных территорий и инфраструктуры на местах для внедрения AgTech-проектов, прирост инвестиций в регион и, как следствие, открытости системы и возможности коммерциализировать разработанный продукт.

Выделяя ключевые преимущества для каждого из участников взаимодействия ЦЭ АПК, следует отметить следующее. Так, для региональных органов государственной власти внедрение цифровой экосистемы позволит:

1) создать эффективный механизм развития сельского хозяйства и смежных отраслей, поддерживающих АПК;

2) выйти на новый уровень цифрового управления отрасли в рамках формирования базы данных и ее аналитики, развития автоматизированных государственных сервисов для производителей сельскохозяйственной продукции и иных организаций в смежных отраслях;

3) разрабатывать эффективные меры поддержки на основе открытых данных о текущей ситуации, своевременно реагировать на внешние факторы воздействия на агросектор;

4) проводить анализ на предмет эффективности разработанных мероприятий по поддержке производителей;

5) увеличить поступления в бюджеты на местном и региональном уровне за счет доступности и открытости экосистемы для смежных отраслей.

В свою очередь, ключевым преимуществом внедряемой цифровой экосистемы для научно-исследовательских центров и образовательных учреждений становится коммерциализация разрабатываемых Ag-Tech-решений в рамках взаимодействия науки и бизнес-структур, то есть доведение прототипа продукта до промышленного образца.

Создание субплатформы формата «акселератор» и «инкубатор» позволит организовать эффективный диалог в рамках оказания консалтинговых услуг, разработки и формирования программ по обучению и повышению квалификации кадров в соответствии с практическими запросами бизнес-структур и актуальными рыночными направлениями и трендами развития АПК.

Рассматривая преимущества и выгоды использования цифровой экосистемы бизнес-структурами сельского хозяйства, авторы исследования выделяют:

1) Получение упрощенного и универсального доступа к интегрированным цифровым решениям по управлению цифровой фермой в рамках оптимизации производственной деятельности.

2) Получение свободного доступа к базе данных исследований и разработок по применению различных AgTech-решений в целях оптимизации производственного процесса.

3) Формирование упрощенной модели взаимодействия бизнес-структур с государством и его сервисами, в особенности в рамках составления отчетности, уплаты налоговых отчислений, получения поддержи и пр.

4) Формирование упрощенной модели взаимодействия бизнес-структур с банковским сектором, страховыми и лизинговыми компаниями как контрагентами.

5) Получение доступа к рынкам сбыта, а также к рынкам смежных отраслей, поддерживающих отрасль сельского хозяйства (логистическим компаниям, производителям сельскохозяйственной техники, минеральных удобрений, организациям по обработке сельскохозяйственного сырья и др.).

6) Организация открытого диалога с образовательными учреждениями и научными центрами в рамках разработки и дальнейшего внедрения программ и проектов по оптимизации и рационализации использования материальных и трудовых ресурсов.

Выделяя преимущества использования цифровой экосистемы агросектора для контрагентов, необходимо рассмотреть следующие положения:

1) для банковского сектора, страховых и лизинговых компаний — формирование целевых предложений, снижение стоимости риска за счет повышения прозрачности заемщиков, повышение доступности кредитов и иных услуг, что приведет к росту кредитных портфелей и повышению прибыльности банков;

2) для иных контрагентов, поддерживающих развитие агросектора посредством снабжения материально-сырьевыми ресурсами, — сокращение времени на поиск и анализ сельскохозяйственных производителей, формирование прямых продаж, эффективное управление заказами.

Предлагаемая авторами исследования модель цифровой экосистемы АПК позволит повысить конкурентоспособность производителей сельскохозяйственной продукции субъекта, увеличить рентабельность и маржинальность предприятий, производительность труда, а также оптимально и рационально использовать имеющиеся у фермеров ресурсы.

За счет интеграции AgTech-решений, транспарентности информации, реализации принципа комплементарности и свободного доступа к рынкам и участникам АПК разрабатываемая модель снизит потери сельскохозяйственных организаций на каждом из этапов производства, распределения и обмена продукции. В связи с этим модель ЦЭ АПК позволяет решить целый комплекс существующих проблем:

•  отсутствие универсальной модели цифрового управления фермой, сочетающее в себе интегрированные AgTech-решения, что во многом усложняет процесс использования цифровых инструментов на практике;
•  отсутствие свободного доступа к базе данных исследований и разработок;
•  отсутствие эффективного диалога бизнес-структур с наукой, что во многом усложняет доведение разработанного продукта до промышленного образца;
•  острая необходимость в кооперации бизнес-структур с образовательными учреждениями в рамках подготовки квалифицированных кадров для работы в сельском хозяйстве в соответствии с практическими запросами и тенденциями развития АПК;
•  усложненный формат взаимодействия с государством, в особенности в регионах, где присутствует бумажный документооборот (в том числе налоговые отчисления, формирование отчетности и пр.);
•  усложненный и во многом затрудненный доступ к финансированию и страхованию;
•  недостаточная и во многом искаженная и (или) закрытая информация о статистических данных.

Представляется, что предлагаемая архитектура, состав участников и механизм их взаимодействия способны вывести агросектор Российской Федерации кардинально на новый уровень производства за счет интегрированных цифровых платформ, транспарентности информации и реализации принципа комплементарности, что позволит оптимизировать производственные, логистические, сбытовые и иные бизнес-процессы предприятий, открыть новые возможности в рамках муниципального и регионального сотрудничества.

Предложенная модель базируется и направлена на повышение стратегического взаимодействия органов государственной власти на региональном и муниципальном уровне, научно-исследовательских центров и образовательных учреждений, производителей растениеводства и животноводства, иных организаций в смежных отраслях, выполняющих функцию поддержания агросектора.

Выводы

Сформированные предпосылки к цифровизации АПК и продемонстрированная эффективность AgTech-решений определили необходимость в создании единого инструмента по управлению АПК страны — цифровой экосистемы, координирующей взаимодействие ключевых игроков отрасли.

Для разработки и дальнейшей имплементации единого механизма координации цифрового пространства АПК, состоящего из множества взаимосвязей и цифровых решений, авторами исследования были определены ключевые теоретико-методологические положения «цифровая экосистема», его структурные компоненты и отличия от теоретического двойника «цифровая платформа термина «».

В рамках определения степени приемлемости внедряемого цифрового инструмента был проведен анализ текущего положения цифровизации предприятий и отраслей АПК.

По результатам исследования авторами установлено: в текущих условиях рассматриваемый период можно характеризовать как «переходный», что подтверждается ускоренным ростом внедрения цифровых решений в операционные бизнес-процессы производителей. При этом, сравнивая с другими отраслями экономики, процессу цифровизации АПК характерны низкие значения показателей в рамках внедрения AgTech-решений, что во многом обусловлено сформированными финансовыми, технологическими, кадровыми и иными барьерами.

Определенный перечень барьеров цифровой трансформации в большей степени влияет на МСП, составляющее значительную долю от всех организаций в АПК. В связи с этим разработанная модель направлена в первую очередь на поддержку, координацию, интеграцию МСП в единое информационное поле как ключевого и наиболее многочисленного участника сельскохозяйственного рынка.

С учетом проведенного теоретического анализа и анализа цифровизации АПК авторы исследования предложили модель цифровой экосистемы, которая направлена на преодоление существующих барьеров и повышение эффективности сельскохозяйственных предприятий с акцентом на МСП. Разработанная модель состоит из четырех основных контуров — государственного, научно-исследовательского, контура бизнес-структур и контрагентов, поддерживающих и обеспечивающих сельское хозяйство необходимыми инструментами в производстве.

Кооперация вышеперечисленных контуров позволит достичь максимального синергетического и экономического эффекта в рамках повышения эффективности отечественного агросектора посредством интеграции существующих цифровых решений, свободного доступа к исследовательским базам данных, коммерциализации разрабатываемых НИИ инноваций, обеспечения прозрачности и транспарентности информации, а также свободного доступа участников платформы к предложениям на рынке.

Об авторах

Ольга Владимировна Пивоварова; кандидат экономических наук

ovpivovarova@fa.ru; https://orcid.org/0000-0002-1755-5972

Сергей Леонидович Орлов; доктор экономических наук, профессор

orlov2011orlov@yandex.ru; https://orcid.org/0000-0002-4394-2335

Астхик Аркадьевна Хачатрян

aahachatryan@fa.ru; https://orcid.org/0000-0001-6493-680X

Институт региональной экономики и межбюджетных отношений Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, Ленинградский пр-т, 55, Москва, 125167, Россия

УДК 332.025, 332.63
DOI: 10.32634/0869-8155-2025-390-01-140-153

Просмотров: 1 520